Home - Media - Egoist - Text

Пресса


СТАС НАМИН
Жить по кайфу

        Почти ко всем проектам этого человека можно применить прилагательное «первый»: первая национальная супергруппа, первый независимый продюсерский центр, первый частный телеканал и первая частная радиостанция, первое концертное агентство, первая фирма грамзаписи и первая дизайн-студия, первые международные рок-фестивали, прорыв отечественной рок-музыки на Запад, первый независимый симфонический оркестр, первое ледовое шоу... и вот теперь - первые фестивали российской культуры в США. Это далеко не полный список достижений Анастаса Микояна, больше известного публике как Стас Намин.
 
- Откуда взялась фамилия Намин?
- Когда в 1972 году «Цветы», став лауреатами студенческого фестиваля, получили возможность выпустить сингл на фирме «Мелодия», я взял сценический псевдоним по имени моей мамы, которую зовут Нами.
- Помнится, тогда ходили разговоры, что популярность группы «Цветы» в СССР - заслуга ваших знаменитых и влиятельных родственников?
- Так легче всего объяснить успех группы «Цветы». Но почему тогда нам не позволяли выступать в больших городах страны? Как после выхода одной маленькой гибкой пластиночки, без раскрутки на радио и по телевидению может появиться такая бешеная популярность? Как можно по знакомству сделать так, чтобы вот уже тридцать лет страна помнила весь репертуар группы - от «Звездочки моей ясной» до «Мы желаем счастья вам!»? И, наконец, почему «Цветы» были невыездными в течение более 15 лет? За нами по пятам ходили представители компетентных органов и угрожали тюрьмой!
- А что вам инкриминировали - антисоветскую литературу, наркотики, оружие?
- Да что вы! Все намного проще. Например, мы сшили у частного портного костюмы, а это запрещено. Или взяли у кого-то аппаратуру в аренду - тогда это тоже было подсудное дело...
В конце концов привязались к тому, что, дескать, я не сам песни пишу, а у кого-то их покупаю. Тогда я взял гитару, пришел в прокуратуру и сказал: «Вот томик стихотворений - выбирайте любое, и я здесь при вас напишу на него песню, которая вам еще и понравится!» Больше вопросов не возникало.
Пережив из-за номенклатурного давления серьезную депрессию, в 1982 году я решил поменять профессию и поступил на Высшие курсы режиссеров и сценаристов при Госкино СССР. Но, как выяснилось, в кино было то же самое. Я поставил курсовую работу, но ее не приняли как несоответствующую советскому мировоззрению. К счастью, началась перестройка, и после скандала с Министерством культуры нам все-таки удалось вырваться на гастроли в США и Канаду.
- Неужели американцам была интересна русскоязычная группа?
- Мы пели на русском и английском языках, выступали и в небольших, но достаточно известных рок-залах, и в огромных аудиториях Кеннеди-центра (Вашингтон), Дворца изящных искусств (Сан-Франциско). Нас очень хорошо принимали, причем на концертах практически не было русских, их тогда в Америке вообще было мало. Тем не менее я прекрасно понимал, что для то¬го, чтобы влиться в американский шоу-бизнес, этого недостаточно.
Тогда я подумал: как это я, воспитанный на музыке The Beatles и Rolling Stones, такой талантливый, после того, как меня наконец-то выпустили за границу, и не смогу сделать что-то действительно значимое в Америке?! Вернулся домой и стал придумывать будущий ансамбль - сначала родилось название Gorky Park, потом логотип GP в виде серпа и молота. Тогда был моден мелодический Hard Rock, и мне пришло в голову привнести в это направление элементы русской музыки. Позже этническая тема отразилась в костюмах и даже в инструментах - помните знаменитую гитару в форме балалайки? Кстати, впоследствии фирма Kramer заключила с нами контракт и по всему миру продавала треугольные гитары с логотипом и автографами музыкантов Gorky Park.
Основной КОСТЯК новой группы составили музыканты из «Цветов», оставалось только найти солиста. Но для того, чтобы по-настоящему здорово петь, недостаточно только таланта и хорошего голоса - принципиально важно, что у человека внутри и его организация как личности. Поэтому я пригласил прекрасного парня, великолепного певца, музыканта и композитора - Колю Носкова. Кстати, все основные хиты Gorky Park, включая всемирно известный хит Bang!, были написаны именно им.
После на протяжении двух лет мы репетировали, искали свое звучание, записываясь на студии нашего центра... Я продолжал поиски партнеров с американской стороны и, когда организовал Московский Фестиваль Мира, сделал так, чтобы Gorky Park выступил на одной сцене вместе с Bon Jovi - на тот момент группой номер один в мире. И даже организовал совместную запись песни. СКОЛЬКО на это все ушло сил, времени и денег-лучше не вспоминать. Результатом наших усилий стал одноименный диск Gorky Park. Мне удалось привезти в Москву президента компании PolyGram, и прямо в стенах Зеленого театра с группой был подписан контракт. Диск Gorky Park разошелся по Америке тиражом в 450 000 экземпляров, что больше, чем дебютный диск тех же Bon Jovi. Видео на песню Bang! заняло третье место на МТУ, а в Billboard Тор 200 Gorky Park продержалась в первой сотне около трех месяцев - это была действительно серьезная победа!
После фестиваля на взлете популярности я отправил ребят на гастроли в Америку. И вдруг внутри коллектива начались брожения, недовольства, революционные идеи... и группа распалась. Коля Носков вернулся в Москву, а остальные сбежали, остались в США.
- ???
- Просто исчезли, перестали отвечать на телефонные звонки - и все! Предав все договоренности, ребята решили, что уж коль есть раскрученное название, то его можно просто взять и украсть! Фирма PolyGram и мой партнер, менеджер группы Денис Беррарди разорвали все отношения с группой, поняв, что с ними нельзя иметь дела. Следующие десять лет остатки группы просто жили в Лос-Анджелесе на деньги одного российского спонсора, делая вид, что продолжают карьеру группы. Попытки незаконно использовать имя Gorky Park в Америке без основного солиста и продюсера ни к чему не привели - с ними никто не захотел связываться и подписывать контракты на записи и концерты. Тогда они приехали сюда, выдали себя за американских суперзвезд и незаконно под названием «Парк Горького» выпустили диск Moscow Calling. В действительности без Носкова это была уже другая группа не только по закону, но и по сути. Сейчас, я думаю, они сильно сожалеют о своем революционном прошлом, так как поломали не только мой проект, но и свое звездное будущее.
- Вас часто предают?
- По натуре я доверяю людям, но с возрастом, к сожалению, приходит определенный опыт, и я стал осторожнее. Если бы не это, то предавали бы часто...
- Вы мельком обмолвились о фестивале 1989 года, а ведь это была настоящая революция! Как вам удалось привезти в СССР мировых звезд первой величины: Bon Jovi, Motley Crue, Scorpions, Ozzy Osbourne, Cinderella?
- Мне хотелось сделать российский Вудсток - в 1969 году это был не обычный рок-фестиваль, а настоящий символ свободы! В 1989, через 20 лет, в России это тоже была революция, так как тогда еще невозможно было себе представить, что на поле Лужников будут сидеть парочки, целоваться, тысячи фэнов петь вместе с кумирами, а на сцене будут выступать мировые суперзвезды.. . Организовать такой фестиваль было действительно непросто и с точки зрения разрешений у нас, и с точки зрения организации на Западе. Самым главным, наверное, было личное доверие между партнерами. Все на свете делается именно на личных контактах: тебе либо верят - либо нет. Так сложилось, что на Западе в мире искусства у меня есть определенная репутация, и порой даже нет необходимости подписывать какие-то документы - многие мои друзья знают, что со мной договориться устно - все равно что на бумаге. Для меня тоже существуют люди, которым я безоговорочно верю на слово. На мой взгляд, это нормальная форма настоящего мужского общения. Конечно, контракты будут всегда, но уровень, на котором делаются серьезные проекты, выше любых бумажек. К сожалению, есть и оборотная сторона доверия - она называется «наивность». С продажи билетов на фестиваль мы заработали больше миллиона долларов, сложили эти деньги в чемодан и отнесли их в советский Фонд борьбы с наркоманией. Потом оказалось, что все эти деньги пропали. Мне тогда по наивности даже в голову не могло прийти, что воровство на официальном уровне бывает настолько хамским и циничным. Сегодня я просто купил бы на эти деньги все необходимое и сам отвез в больницы.
- Это правда, что в начале девяностых годов вы выступили с инициативой устроить телу Ленина мировое турне?
- Я никогда не рассматривал эту затею всерьез, а тем более как некий бизнеспроект, который может принести прибыль. Конечно, я не сомневался, что эта мумия никогда и никуда не поедет. Главной целью было просто, если так можно выразиться, позволить людям немного пофантазировать на тему эфемерных идолов коммунистического режима. Воплощение этого проекта было не так важно, как сама мысль об этом. Сегодня подобный проект попросту не имел бы никакого смысла - сейчас можно было бы найти мумию поактуальнее. Но на тот момент хоть уже и развенчали Сталина, но Ленина еще никто не осмеливался даже критиковать. Вот я и решил проверить степень демократии Ельцина и послал ему официальное предложение, смысл которого сводился к тому, что уж если Ленин довел страну и людей до полной разрухи и нищеты, так пусть хотя бы после смерти он послужит на благо тех, кто в него верил. Я просчитал, что если провезти мумию Ленина по самым крупным концертным залам мировых столиц, то прибыль вместе с продажей сопутствующих товаров составит около восьми миллиардов долларов. Например, на сцене Карнеги-холла выстраивается декорация мавзолея, внутри которой в реальной холодильной камере находится реальная мумия Ленина, охраняемая реальными кагэбэшниками. Теперь представьте: непуганые миллионеры проходят внутрь и сразу попадают в руки к нашим комитетчикам, которые начинают их профессионально строить: «Не снимать... достать руки из карманов... идти друг за другом... не разговаривать... не останавливаться...» Пройдя такую обработку и почувствовав на своей шкуре, что значит быть гражданами страны победившего социализма, дрожащие от холода и страха толстосумы попадают в магазин сувениров и в ужасе скупают все бюсты вождя и прочую чепуху, которой после перестройки были забиты наши склады. Все вырученные средства должны были пойти пенсионерам - они смогли бы на эти деньги безбедно прожить до конца своих дней. Реакция на эту идею была довольно своеобразная - все мои друзья оценили шутку, позвонил Френк Заппа и сказал, что он давно так не смеялся! Об этом проекте написали в журналах Time, Forbes и др., а у нас реакция была совершенно неожиданная. Коммунисты набросились с обвинениями в надругательстве над святыней, а демократы обвинили в пропаганде коммунистических идолов! Естественно, Ельцин мне не ответил, но цель была достигнута - миф о неприкосновенности главной священной коровы коммунизма дал трещину!
- Еще один ваш нашумевший проект - фотография Аллы Пугачевой без грима на обложке первого номера журнала «Стаc».
- Начнем с того, что вкусы у мужчин разные: одни не могут разглядеть женщину под обилием грима, другие без этой краски женщин вообще не замечают. Лично мне не нравится обилие косметики - я не вижу в этом никакой эротики. Более того, как фотограф я вообще не снимаю накрашенных женщин. В свое время я сделал фотографию Пугачевой исключительно потому, что она мне действительно нравится без грима. По-моему, фотография получилась хорошая - Алла на ней глубокая, искренняя, теплая и, мне кажется, очень привлекательная. Просто такой ее мало кто видел - все привыкли к сценическому имиджу. Фотографию я показал Алле, посвятил ее в свои планы, и она дала согласие. Конечно, я не сомневался в том, что публикация этого снимка на обложке моего журнала вызовет интерес публики, но то, что реакция будет настолько скандальной, ни я, ни Алла даже предположить не могли! Если бы я знал об этом заранее, я вообще не стал бы печатать фотографию. Я знаком с множеством знаменитостей, которые вообще не пользуются косметикой в повседневной жизни - Шарон Стоун, Ким Бесинжер, Настасья Кински совершенно спокойно появляются на публике без грима, и их фотографии никого не шокируют. А у нас желтая пресса раздула такой скандал, как будто эта фотография Пугачевой не без грима, а без одежды. Кстати, теперь во избежание неадекватной реакции я даже в свои фотовыставки не включаю фотографии известных людей.
- Что подвигло вас на создание Московского театра музыки и драмы и почему первым спектаклем стал рок-мюзикл Hair - «Волосы»?
- Собственно, именно с мюзикла «Волосы» и начался наш театр. В свое время, в 70-х, я попал на закрытый просмотр фильма «Волосы» в Комитете кинематографии. Помню, что через пятнадцать минут встал председатель Союза композиторов Тихон Хренников и со словами «какая гадость, это безобразие!» демонстративно вышел из зала. На меня фильм произвел огромное впечатление. Через много лет, в 1999 году, я был в Лос-Анджелесе, и меня пригласил посмотреть спектакль продюсер Hair Майкл Батлер. Я только что прилетел, засыпал на ходу, но отказываться было неудобно, и с мыслью, что все равно засну, все-таки пошел на спектакль. В итоге даже не заметил, как просидел два часа, следя за динамичным сюжетом, танцами и песнями. Как раз в это время я обдумывал создание своего собственного театра и решил, что именно с такого мюзикла надо его начать, так как ничего подобного у нас в стране никогда не было! Приехав в Москву, с 1 сентября я начал подбирать актеров, причем в основном непрофессионалов - талант без школы иногда более выразителен в этом жанре. Музыкальной группой стали легендарные «Цветы», которые вместе с театром возобновили свою деятельность, участвуя и в мюзикле «Волосы», и в рок-опере «Иисус Христос - Суперзвезда», и других спектаклях. Мне хотелось попробовать создать совсем другой театр, отличающийся от наших традиций, что, наверное, и получилось - в 1999 году критики нас не приняли. Не восприняли ни музыку, ни танцы, ни тему, ни саму идею... Правда, сам Майкл Батлер, который делал все мировые постановки Hair и был продюсером фильма, сказал, что это лучшее из того, что он видел за последние годы! На московской премьере мюзикла после знаменитой сцены, когда актеры скандируют «свобода» и на несколько секунд обнажаются в финале первого отделения, на сцену вдруг поднялся человек в официальном костюме, показал какую-то красную книжицу и сказал, что он прекращает эту порнографию, а все зрители соберутся в фойе и станут свидетелями по делу. Многие поверили! Но это был актер, объявивший антракт. После спектакля публика разделилась надвое - одним очень понравилось, другим - нет. Но сегодня, по прошествии семи лет, произошло то же, что и в свое время с «Цветами». Спектакль доказал свое право на существование, оказался первым и единственным российским мюзиклом, выдержавшим семь лет ежемесячных представлений при полных аншлагах. А в апреле этого года произошло историческое событие - театр выехал на гастроли в США, и русская версия легендарного мюзикла «Волосы» была представлена в одном из престижных залов Голливуда - Silver Screen Theatre. На представление собрались участники первых бродвейских шоу, главный хореограф, актеры фильма, конечно же, продюсер Майкл Батлер и многие другие, для кого мюзикл все эти годы оставался важным. Мюзикл шел на русском языке, но тем не менее каждая сцена сопровождалась аплодисментами, и после долгих стоячих оваций в финале многие звезды вышли на сцену, вместе с труппой исполнив последнюю песню All You Need is Love .
- Все, о чем мы с вами говорили, - проекты из прошлого. А чем Стаc Намин занимается сегодня?
- В начале апреля я был на ежегодном фестивале российской культуры в Голливуде Russian Nights, который уже четвертый год устраивает наш центр. Если вначале я сам принимал участие в его организации, то теперь приезжаю, скорее, как гость.
Ежегодно фестиваль представляет классическое и современное российское кино, музыку разных жанров, театр, изобразительное искусство.... За эти четыре года удалось сделать Russian Nights действительно значимым событием культурной жизни Лос-Анджелеса и даже всей Америки. Каждый год от имени фестиваля вручается награда Tower Award звездам, которые уважаемы и популярны у нас в стране. Лауреатами российской награды стали Леонардо Ди Каприо, Шарон Стоун, Настасья Кински, Оливер Стоун, Рэй Брэдбери, Харрисон Форд, Дастин Хофман...
После фестиваля мы с друзьями отправились в Африку на съемки очередной серии документального фильма о Черном континенте. В Африке мы снимали уже несколько раз. Первой страной была Танзания, где я познакомился с культурой знаменитого племени масаев. Африка - это поразительное место, где очень быстро начинаешь чувствовать себя как дома и даже, покинув ее, ощущать ностальгию.
Закончились мои почти двухмесячные скитания в Пекине, куда я прилетел на концерт ансамбля «Цветы» во время их тура по Китаю. Сольные концерты «Цветов» проходили с огромным успехом.
- Простите за банальный вопрос - ваши планы на будущее?
- Я сейчас готовлю новую выставку своих работ и почти каждый день работаю с мольбертом и в фотостудии. В театре готовятся три премьеры, которые мы хотим выпустить до конца сезона.
В сентябре планируем большой фестиваль «Русские вечера» в Южной Корее, в нем будут участвовать Московский симфонический оркестр, дирижеры Оган Дурьян и Константин Кримец, группа «Тэту», «Геликон Опера», знаменитая исполнительница русских песен Пелагея и многие другие. Как всегда, будут представлены изобразительное искусство, современный танец, театр. Вообще-то, если я начну подробно рассказывать обо всех наших проектах, вам придется писать вторую статью!
- У меня складывается впечатление, что после воплощения той или иной идеи в жизнь вы теряете к ней интерес и беретесь за что-то новое?
- Любой проект делится на три части: создание идеи, ее воплощение и эксплуатация. Первое и второе, мне кажется, относится к созиданию, а третье - больше к рутинному механизму менеджмента. Мне это меньше интересно, а потом... Кто, собственно, определил, сколько должен существовать проект? Третья часть - это уже его самостоятельная жизнь, которая не зависит от создателя. По- моему, от того, проживет он два года или двадцать лет, его креативная ценность не меняется. А если говорить о чисто творческих проектах, то они существуют в моей жизни всегда - так всю жизнь я занимаюсь музыкой, фотографией, увлекаюсь живописью и режиссурой. Но это не означает, что я должен с утра до вечера фотографировать, стоять за мольбертом или записываться в студии. Все происходит само собой - так, как складывается. Есть настроение - я работаю с утра до ночи, нет - ничего не делаю, путешествую. Да и всем советую жить по кайфу и особенно не заморачиваться - всех денег не заработаешь, всей музыки не запишешь. «Жить по кайфу» - это звучит, быть может, достаточно нагло, но надо научиться не зависеть от окружающей среды и, по возможности, от обстоятельств. Вообще независимость - это самое трудное в жизни. Но когда это получается, то возникает необъяснимое чувство легкости бытия.

Дмитрий Полосин